Храм на костях: чем живёт приход в бывшем ГУЛАГе

«Наши поселки ведь на костях стоят. Здесь же лагерь был. Может, поэтому нам все так тяжело дается – нас Господь постоянно испытывает», – делится своей болью со мной староста Никольского храма городского поселения Кожва Печорского района Коми Лилия (в крещении Лидия, далее – Лидия) Ершакова. – Да вот и храма-то у нас больше нет». Единственная на всю Кожву церковь сгорела два года назад.
С большими трудностями сегодня идет строительство нового храма в бывших гулаговских местах.
Никольский храм в п. Изъяю сгорел в 2018 году

Один храм на все поселение

Сегодня городское поселение Кожва является одним из крупнейших в Печорском районе, ведь в его состав входят восемь населенных пунктов, среди них поселки: Кожва, Изъяю, Набережный. Но старейшими в поселении являются деревня Усть-Кожва и село Соколово, возраст которых превышает 250 лет. Численность населения составляет 4334 человека.
И на все городское поселение Кожва был только один храм, который располагался в поселке Изъяю. Всего пять лет в Божием доме прихожане собирались на службу. Строили его всем миром, но основным жертвователем стала предприниматель и депутат городского совета Галина Васильевна Шапошникова. По словам прихожан, даже плитка для местного храма была доставлена меценатом из города Бари.
Но 25 февраля 2018 года храм сгорел. По сообщению информационного агентства Республики Коми БНК, пожарные расчеты хотя и быстро прибыли на место, но спасти здание не удалось, и внутреннее убранство церкви выгорело дотла. В огне погибли иконы и царские врата, которые в новый храм перенесли из старой церкви Петра и Павла поселка Кожва.

Храм Петра и Павла, перестроенный из бывшей библиотеки в поселке Кожва, в настоящее время не действует

Земные мытарства

Хотя после гибели в огне пожара храма миновало уже два года, но событие это до сих пор отзывается болью в сердцах прихожан.
– Храм сгорел в первое воскресенье Великого поста. Я в тот день собиралась по обыкновению на службу, а живу я в поселке Кожва, и в храм мне надо пять минут ехать на автобусе, – рассказывает Лидия Ершакова. – А мне звонит сестра из города Печоры и сообщает, что у нас храм сгорел! Страшная новость просто парализовала. У нашего батюшки Михаила Бабкина начались проблемы со здоровьем, у одной из прихожанок случился инсульт. Но это было только начало наших мытарств…
Оставшись без храма, прихожане словно осиротели, и стала небольшая группа православных христиан собираться, где придется.
– Нам сначала предложили проводить службы в квартире, в которой никто не жил. Здесь прошли для нас дни Великого поста. Но из квартиры нас попросили, – продолжаем беседовать с Лидией. – И Пасхальное богослужение мы служили уже в здании администрации городского поселения Кожва. Потом и нашего батюшку Михаила перевели на другой приход, и службы у нас прекратились вообще. Мы хотели найти помещение, где мы могли бы собираться и читать акафисты, но и этого у нас не было.

Протоиерей Виктор Урманов и руководитель администрации гп Кожва Татьяна Дячук со школьниками
Лидия поехала в город Печору к благочинному Печорского благочиннического округа протоиерею Виктору Урманову и со слезами рассказала ему о проблемах кожвинского прихода. Со временем отец Виктор принял непростое для себя решение, став настоятелем прихода святых апостолов Петра и Павла (несмотря на то, что строится храм во имя святителя Николая, название прихода осталось прежним – по названию первого храма Петра и Павла, который находился в поселке Кожва) и возглавив здесь строительство нового храма во имя святителя Николая Чудотворца.

В молитвенной комнате п. Изъяю
– Отец Виктор приехал к нам лично! – продолжаем далее беседовать с Лидией. – Батюшка договорился с предпринимателем Олегом Шутовым, и Олег Иванович выделил нам в поселке Изъяю комнату в здании, где детсад когда-то находился. Но когда мы пришли и увидели, каким «убитым» было помещение, у меня лично руки опустились. И я даже стала предлагать всем нам ездить в поселок Озерный, где в настоящее время строится храм.
Но отец Виктор настроен был решительно и объявил растерянным женщинам, что служба должна состояться здесь уже через две недели.

Василий Чекин
– Снова нам надо было что-то ремонтировать, мыть, клеить, красить, чтобы приспособить здание под нужды молитвенной комнаты, – вздыхает Лидия. – И мы все успели сделать! Каркас для иконостаса смастерил единственный наш брат Василий Чекин. Иконы для иконостаса предприниматель Галина Васильевна Шапошникова заказала в Печоре на баннерной ткани.
Сегодня молитвенную комнату в поселке Изъяю не отличишь от любого другого небогатого сельского прихода – бедно, но уютно. Удивило меня и большое количество икон на стенах.
– Но откуда? Ведь все образа у вас сгорели, – интересуюсь у Лидии.
– Вот ведь как Господь все устроил, – улыбается моя собеседница. – Иконы действительно сгорели у нас вместе с храмом. Но так как сгоревшая церковь была небольшая, мы не смогли все иконы разместить в ней, поэтому многие образа хранились у нас на складе. Вот эти иконы мы и поместили в молитвенной комнате. Среди них оказалась и Казанская икона Божией Матери с благодарностями. Но вот какими чудесами прославлен этот образ, так и не удалось нам выяснить – никто не помнит. А икону священномученика Николая Тохтуева, погребенного в безвестной могиле на нашей земле, взамен сгоревшей в нашу молитвенную комнату уже привез отец Виктор.

«Проблем много, но мы терпим»


В православной молитвенной комнате п. Изъяю
Несмотря на скромное благолепие молитвенной комнаты, все же остается здесь еще и много проблем, которые, однако, прихожане не торопятся решить.
– В нашей молитвенной комнате крыша течет, а прошлым летом все время шли дожди. И вы не представляете, что здесь творилось! С крыши так текло, что стены покрылись плесенью и светильники замкнуло, – делится Лидия.
– Я когда утром прихожу в молитвенную комнату, то первым делом выливаю ведра воды, – дополняет рассказ старосты и кассир Надежда Игнатова.

Кассир храма Надежда Игнатова
– Но нам пока не до ремонта молитвенной комнаты, нам деньги нужны на строительство нового храма, – в сердцах восклицает Лидия. – Прошлым летом у нас практически не было служб. Но отец Виктор благословил нам здесь собирать записки, и я их отвозила в храм города Печоры. А деньги отец Виктор разрешил оставлять нам. Мы стараемся, как можем, заработать на строительство нового храма.
– А много ли у вас прихожан? – интересуюсь у своей собеседницы.
– Посещают наш храм в основном жители поселков Кожва, Изъяю и Набережного. Когда и 20 прихожан собирается на службу, но бывает и больше. Битва у нас за каждого прихожанина идет. Вот я вижу, что кто-то посещал храм и вдруг перестал ходить. Тогда я звоню и выясняю причину, пытаемся решить возникшую проблему и человека вернуть в храм, – объясняет Лидия.

Лидия Ершакова и Надежда Игнатова

Только здесь к Богу пришли

Глядя на женщин, собравшихся поговорить со мной, в середине июня одетых по-зимнему тепло, я размышляла о том, что же их заставило приехать в этот суровый край и остаться здесь. Ведь наверняка же все приезжие. И не ошиблась.
Больше всех поразил рассказ старосты Лидии. Ведь она оказалась родом из Мурома.
– А сюда муж привез в 1982 году, – удивляет Лидия. – В Муроме я жила и не знала проблем. А здесь, на Севере, все время приходится бороться. Но на родине я бы к Богу не пришла, хотя там такое святое место и много известных святых: Илья Муромец, Петр и Феврония… Но я этого как будто не замечала, когда жила в Муроме. И вот, меня Господь сюда привел, в эту глушь, серость, и я тут пришла к Богу. Конечно, я никогда не думала, что буду еще и в местном храме старостой. Тем не менее я хочу все же вернуться на родину, в Муром.
Кассир храма Надежда Игнатова и вовсе родилась в Казахстане.
– Родители здесь устроились работать на железную дорогу. И когда мы в Кожву переехали, я закончила 10-й класс, – рассказывает Надежда свою историю.
И тоже суждено было и Надежде в этом суровом поселке уверовать и принять Крещение. И произошло это всего восемь лет назад.

Начинаем строить храм!


В строящемся храме
А я вновь прошу своих собеседниц вернуться немного назад и рассказать, что же произошло дальше после того, как им удалось подготовить молитвенную комнату к проведению служб.
– Отец Виктор очень удивился, когда увидел, как красиво и уютно у нас стало. А после службы объявил, что мы начинаем строить храм: «Не знаю как, потому что денег нет, но мы начинаем строить», – рассказывает Лидия о том, как озадачил их батюшка. – Наш владыка Марк благословил возводить храм на месте сгоревшего. И 19 мая этого года отец Виктор к нам приехал, мы провели водосвятный молебен и освятили место будущего строительства. А уже 22 мая, в день перенесения мощей святителя Николая Чудотворца из Мир Ликийских в Бари, батюшка совершили первую Божественную Литургию прямо на улице под дождем. И мы начали стройку!

Икона святителя Николая Чудотворца, перед которой молятся прихожане на стройке

При встрече с отцом Виктором в храме Иоанна Предтечи города Печоры я узнала о строящейся в Изъяю церкви подробнее.
– Храм мы возводим на месте сгоревшего из пенобетонных блоков, снаружи он будет облицован штукатуркой «короед». А внутри храм оштукатурим и покрасим, – рассказал батюшка. – В этом году мы планируем возвести стены, сделать крышу, поставить окна и двери. А потом уже будем заниматься внутренними работами.
Сообщил отец Виктор, что новая церковь будет больше предыдущей. Помощь в строительстве оказывают предприниматели из поселков Изъяю, Кожва и города Печоры.
– Один предприниматель помог нам с цементом, другой песок привез, – продолжаем беседовать с отцом Виктором.
Кроме этого, проект прихода городского поселения Кожва «Восстановим храм вместе» стал победителем грантового конкурса социальных и культурных проектов компании «Лукойл» в Республике Коми и Ненецком автономном округе в номинации «Духовность и культура».

«Нам повезло с главой»

Удивило меня, что проект приходу, который выиграл грант, помогали написать специалисты администрации городского поселения Кожва.
– Нам повезло, что руководитель нашей администрации Татьяна Дячук – человек глубокой веры. Ведь истинно верующий человек во власти – это редкость в наши дни. И отец Виктор является ее духовным отцом. Татьяна Ивановна с пониманием относится к нашим проблемам и помогает в их решении, – объясняет Лидия Ершакова.
Встретившись с руководителем местной администрации Татьяной Дячук, я увидела, как она болеет за строящийся храм и действует.

Лидия Ершакова у строящегося храма
– В прошлом году администрация совместно с приходом уже готовили проект на грантовый конкурс. Но, к сожалению, он не прошел. В этом году мы снова по благословению батюшки написали проект «Восстановим храм вместе» и уже попали в число победителей, – рассказывает Татьяна Ивановна. – Но понятно, что выигранные нами 390 тысяч рублей – это небольшая сумма, которой хватит только на покупку каких-то стройматериалов.
– Владыка Марк, когда приезжал к нам, отметил особо, что в строительстве храма должны обязательно участвовать местные жители, вот тогда храм действительно будет народным. Так у нас и получается! И за проект заплатили, и стены уже подняли, и блоки купили на средства прихожан. Пусть немного, но нам помогают и предприниматели. Надеюсь, что в этом году наружные работы выполнят и под крышу заведут, но на остальные работы нам не хватит средств, – волнуется Татьяна Ивановна.

На стройке

Побывав на стройке, я увидела, что возводят храм всего несколько человек. Из них профессиональный строитель оказался только один – это каменщик Анатолий Марьян из поселка Кожва.
Прихожанин Василий Чекин хотя и пришел в храм недавно, но уже стал для малого северного прихода незаменимым человеком – потому что многое умеет. «Он ведь сам себе дом построил!» – отмечает Лидия.
– На стройке я не постоянно работаю, а только когда попросят, приезжаю. Трудно, я ведь непрофессиональный строитель. До этого работал в «Газпроме», сейчас на пенсии, – рассказал о себе Василий.

Прихожанин храма Иоанна Предтечи города Печоры Владимир Резников помогает строить церковь в Изъяю
Заняты на стройке и активисты храма Иоанна Предтечи из города Печоры.
– Работы очень много, – рассказывает прихожанин городского храма Владимир Резников. – А трудимся мы только вчетвером. Но основная работа у меня в нефтяной промышленности, а сейчас нахожусь в отпуске, и батюшка попросил меня помочь.
Женщины-прихожанки тоже каждый день проводят на стройке. Провели субботник перед началом строительства, но не только это.

В непогоду прихожане строящегося храма читают акафист святителю Николаю в балке строителей

Певчая Тамара Смольникова
– С 19 мая мы ежедневно у строящегося храма читаем акафист святителю Николаю Чудотворцу согласно составленному графику. Сегодня, например, наша певчая Тамара Смольникова читала. Кто-то может в 4 утра прийти и помолиться, кто-то в течение дня. В непогоду и когда на стройке много народа мы читаем акафист в балке строителей, я там поместила икону святителя Николая Чудотворца. Помимо этого нам батюшка благословил читать молитву по соглашению на строительство храма. И вот, уже два года мы читаем. И благодаря этому у нас все получается: денег нет, а стройка идет, – рассказывает Лидия, а потом, немного помедлив, тихо замечает:
– Мы ведь живем на костях. Здесь же лагерь был. И нас Господь Бог испытывает, потому что мы живем на такой земле. Но эти испытания нас, прихожан, очень объединяют и сплачивают.

Кожва времен ГУЛАГа

И ведь в словах Лидии не было ни капли преувеличения.
В 30-е годы прошлого столетия советское правительство взяло курс на освоение природных богатств Европейского Севера. Совет Народных Комиссаров СССР принял постановление от 28 октября 1937 года о строительстве Северо-Печорской железнодорожной магистрали для вывозки нефти, газа, каменного угля и леса. Освоение Севера предполагалось вести силами Главного управления лагерей. С мая 1940 года полновластным хозяином Припечорья стал Печжелдорлаг, выделившийся из Севжелдорлага для строительства северного участка железной дороги. Для нужд строительства был образован Кожвинский район. Это был самый большой по территории район в Коми АССР, протянувшийся вдоль строящейся трассы от станции Ираель до станции Воркута. В декабре 1941 года на станции Кожва Северо-Печорской железной дороги было создано отделение Печоржелдорлага (Печстроя, с 1950 – Печорского ИТЛ).

Железная дорога времен ГУЛАГа
Вместе с местным краеведом Константином Полуниным мы прошли по местам памяти и скорби городского поселения Кожва.
Надо отметить, что, прибывая в Кожву на поезде, ты с первых шагов погружаешься в историю времен ГУЛАГа.
– Само здание вокзала станции «Кожва» сохранилось со времен ГУЛАГа, ведь построено оно было в 1940 году, – рассказывает Константин. – С тех пор оно несколько раз обшивалось только сверху и добавлялись пристройки. А такая крыша появилась только в 1975 году.

Здание вокзала станции Кожва сохранилось со времен ГУЛАГа
Недалеко от станции «Кожва», в поселке Изъяю, мы увидели и самые старые дома, сохранившиеся здесь со времен лагеря.
– Вот в этом здании проживало начальство лагеря. Поэтому оно было теплым и хорошо оборудованным. После здесь находились ясли-сад. Но здание не действует уже с 80-х годов прошлого столетия, – объясняет мой проводник.

Ясли-сад располагались в бывшем лагерном здании

Один из сохранившихся лагерных лазаретов
В один из бывших гулаговских бараков мы даже отважились войти. Он также находится на территории поселка Изъяю. И, как сообщил краевед, здесь размещался лагерный лазарет. А из жития священномученика Николая Тохтуева мне было известно, что российский новомученик скончался в одном из лазаретов кожвинского лаготделения Печоржелдорлага в 1943 году.

Краевед Константин Полунин
– Эта постройка, как мне рассказывали местные старожилы, с 1953 по 1970 годы уже использовалась как жилое строение, – объясняет Константин. – Но обрати внимание, сколько здесь всего осталось с лагерных времен! Так, окна расположены у самой земли. Это как-то помогало пережить суровые северные зимы.
Из-за сильного разрушения стен барака можно было увидеть, из чего они сделаны.
– Строение состоит из шпал, – комментирует Костя. – А сверху они обложены обычными ветками и обмазаны глиной.
Внутри развалины еще хранили следы присутствия людей. В сенях сушились травы, на окнах висели занавески, а в конце небольшого путешествия по бараку нас даже «встретили» посудный шкаф и полуразрушенная печь.
Но несмотря даже на эти маленькие фрагменты из мирной, не лагерной жизни барака, как все-таки тяжело и волнительно было там находиться. И я облегченно вздыхаю, когда мы покидаем это скорбное место и следуем дальше.

Среди могил


Безымянные захоронения в лесу, на границе поселков Кожва и Изъяю
«А теперь добро пожаловать в мое царство!» – возглашает с оптимизмом Костя, когда мы входим в лес. Но уже через мгновение мы погружаемся в созерцание жутких тайн, которые хранятся здесь. Ведь на границе поселков Изъяю и Кожва мы обнаружили небольшое по площади захоронение. Иные из могил, одиночные, имели правильную овальную форму и находились на расстоянии друг от друга. Легко можно было определить и групповые захоронения. Кладбище заключенных лагеря продолжило гражданское кладбище. Оно и стало нашим ориентиром в поиске креста «Памяти погибшим в лагерях в 1930–1940-е годы», установленного силами общества «Мемориал».
– Этот памятный крест в прямом смысле слова стоит на костях. Ведь эти провалы, – показывает Костя на рвы вокруг нас, – образовались потому, что здесь было очень много захоронений.

Буреломы в местах массовых захоронений
Но поражало не только большое количество безымянных могил вокруг. Все в этом кладбищенском лесу казалось аномальным: и странно растущие деревья, которые тянулись своими ветвями не к солнцу, а стелились по земле; и постоянно возникающие у нас на пути «буреломы»; и картина жуткой автокатастрофы на лесной дороге.
– А сейчас мы по железной дороге пройдем в поселок Кожва, где побываем на кладбище строителей железной дороги и Печорского моста, – предупреждает Костя.

Некоторые безымянные могилы на кладбище узников лагеря огорожены

На кладбище строителей моста и железной дороги

А мы снова на мгновение переносимся в 1938 год. Естественным препятствием для продвижения на север являлась река Печора. Еще в 1938 году была размечена трасса железнодорожного моста и начаты кессонные работы. В 1940 году на его строительстве работали четыре колонны, не считая тех, кто возводил земляные насыпи на подходах к нему. Это были заключенные двух лагерей: на левом берегу Печоры – Севжелдорлага, на правом – Печжелдорлага.
Печорский мост является крупнейшим на Европейском Севере, за годы его существования по нему перевезены сотни тысяч тонн народнохозяйственных грузов и миллионы пассажиров. Стратегическое значение моста в годы Великой Отечественной войны обусловило высадку немецкого десанта летом 1943 года – целью было уничтожение моста. Десант в составе 12 человек, бывших советских военнопленных, сдался после приземления.

Памятный знак заключенным – строителям Северо-восточной железнодорожной магистрали и Печорского моста
Мост стал воротами города, его символом и памятником строителям.
Темпы строительства магистрали были признаны беспрецедентными. Скорость проходки на участке Кожва–Воркута достигала 1,9 км в сутки. Стройка велась ценой больших человеческих жертв. По неполным данным на 1 января 1941 года, всего за 7 месяцев существования лагеря умерли 3586 заключенных. В декабре 1940 года в 118-й колонне 6-го отделения из 215 заключенных остались в строю только 42 человека.

Крест на кладбище заключенных

Умерших заключенных хоронили на левом берегу реки Печоры, в южной части поселка. В 1941–1942 годах хоронили в общих могилах. В 1943-м под кладбище был выделен и огорожен земельный участок. Предположительно с этого времени хоронили в гробах в индивидуальных могилах. С 1961 года, когда лагерь закрылся, на кладбище еще несколько лет хоронили жителей Кожвы. С 1970-х кладбище не используется. В конце 1970-х годов большая часть его территории ушла под застройку и огороды, – сообщается на сайте Виртуального музея ГУЛАГа.
На кладбище мы увидели отдельные могильные холмики и характерные проседания почвы. Некоторые могилы были огорожены, но деревянные кресты и памятники на них покосились и поросли мхом. На все кладбище удалось обнаружить только две обустроенные могилы, датированные 1954 и 1957 годами с указанием имен и фамилий погребенных здесь людей.
22 июня 1991 года здесь был установлен памятник заключенным – строителям Северо-восточной железнодорожной магистрали и Печорского моста – с надписью: «В память о трагических событиях людских судеб в годы войны и мирного строительства».

Могильный холм на кладбище заключенных лагеря
– Администрация городского поселения Кожва поставила на кладбище ограждение, – рассказывает Татьяна Дячук. – А в прошлом году мы написали проект на грантовый конкурс, «Газпром» выделил нам средства, и мы плиткой выложили территорию вокруг памятного знака и оградили ее цепью, установили вазоны, а в этом году первый раз посадили цветы.
«Может быть, здесь и погребен молитвенник и заступник Печорской земли – священномученик Николай Тохтуев?» – размышляла я, обходя безымянные могилы и молясь об упокоении душ погребенных здесь узников.

В заповеднике ГУЛАГа


В заповеднике ГУЛАГа. Заброшенная железнодорожная ветка
А наше путешествие с краеведом завершилось в тот день небольшой прогулкой по заброшенной железной дороге.
– По сути мы сейчас попали в заповедник ГУЛАГа, – объясняет Константин. – Это хотя и позднегулаговская, но первая промышленная ветка. Вдоль нее тоже встречаются захоронения. Ведь слышала, наверное, легенду о том, что под каждой шпалой здесь лежит по мертвецу?.. Так вот, не под каждой, а под каждой третьей шпалой, – уточняет собеседник. – А вот эта железнодорожная ветка, которая ведет на щебеночный завод, самая ранняя. Она эксплуатировалась с 1938 по 1994 год.
Дороге этой, казалось, не будет конца, но я и не подозревала тогда, что всего через месяц это путешествие в Кожву приведет меня в подмосковный город Королев, где мне предстоит встретиться и побеседовать с дочерью священномученика Николая Тохтуева Верой Даниловой.

Молитесь священномученику Николаю!


Вера Николаевна Данилова с иконой своего папы, священномученика Николая Тохтуева
– Здравствуйте, это Вера Николаевна? Я журналист Наталья Прокофьева и недавно побывала в Кожве.
– Встречаемся завтра!

Протодиакон Николай Тохтуев с семьей
Это был самый короткий в моей жизни телефонный разговор, который меня несказанно удивил. Едва я упомянула о Кожве, как Вера Николаевна без лишних вопросов назначила встречу – и где! – в храме Космы и Дамиана города Королева, где протодиакон Николай Тохтуев служил перед ссылкой в Коми край.
Об этой части биографии священномученика, которая предшествовала его отправке в самый жуткий лагерь строителей железной дороги и Печорского моста, рассказывают многие православные сайты и порталы, ведь это свидетельство несгибаемой силы духа, мужества и мудрости российского новомученика. Кратко напомню и я эти страницы из жития святого.

В храме Космы и Дамиана, в котором служил священномученик Николай Тохтуев

«Предателем быть не могу»

За два дня до Пасхи 1940 года протодиакона Николая вызвали в Мытищинское отделение НКВД, где потребовали от него дать подписку о сотрудничестве с органами, иначе – 8 лет лагерей. Отец Николай такую подписку дал. Вернулся домой, встретил Пасху. А на следующий день с вещами явился к следователю с заявлением. «Товарищ начальник, – писал он, – я отказываюсь от своей подписки и давал ее лишь потому, чтобы мне была возможность встретить Пасху и проститься с семьей. По моим религиозным убеждениям и по сану я не могу быть предателем даже самого злейшего моего врага…».

Икона священномученика Николая Тохтуева в молитвенной комнате п. Изъяю

Отцу Николаю предложили подумать и отпустили домой. Тогда он дает более пространное объяснение.
«Гражданин начальник! – писал он. – Разрешите мне объясниться с Вами письменно: я говорить много не умею по своей необразованности. Что Вы от меня требуете, то я сделать не могу.
Это мое последнее и окончательное решение. Большинство из нас идет на такое дело, чтобы спасти себя, а ближнего своего погубить, – мне же такая жизнь не нужна. Я хочу быть чистым пред Богом и людьми, ибо, когда совесть чиста, то человек бывает спокойный, а когда не чиста, то он не может нигде найти себе покоя, а совесть у каждого человека есть, только она грязными делами заглушается, а потому я не могу быть таким, каким Вы бы хотели…
Вы мне обещаете восемь лет – за что же? За то, что я дал жизнь детям? Их у меня семь человек, и один другого меньше… жена больная, не может взять ребенка – так ей скорчил руки ревматизм, и сердце болит. Советское государство приветствует и дает награду за многосемейность, а Вы мне в награду восемь лет концлагеря пообещали – за что? Какой я преступник? Только одно преступление, что служу в церкви, но это законом пока не запрещено.
Если я не могу быть агентом по своему убеждению, то это совершенно не доказывает, что я противник власти…
Хотя я и семейный человек, но ради того, чтобы быть чистым пред Богом, я оставляю семью ради Него…».

Протодиакон Николай Тохтуев, г. Кунгур, 1933 год
2 сентября 1940 года Особое совещание при НКВД приговорило протодиакона Николая к восьми годам заключения в исправительно-трудовом лагере, и он был отправлен в Севжелдорлаг в Коми области.

«Может, здесь папа похоронен?»

Мы расположились на одной из лавочек в тени старинного храма Космы и Дамиана, и Вера Николаевна погрузилась в созерцание фотоотчета моего путешествия по городскому поселению Кожва. Иногда Вера Николаевна тихо произносила: «Здесь папа мой был; может, это могила папы?»
– А как вы узнали, что ваш папа погребен именно в Кожве? – интересуюсь у своей собеседницы.
– Так сказала нам мама, что последнее письмо от него пришло в начале 1943 года из местечка Кожва, – пояснила Вера Николаевна.
К сожалению, письма священномученика Николая Тохтуева семье не сохранились.
Рассказала мне дочь священномученика Николая и подробности своей поездки в город Печору Республики Коми, где она побывала на кладбище политзаключенных и приняла участие в освящении часовни Исповедников и Новомучеников Российских. Но вот в Кожве, которая находится недалеко от Печоры, побывать ей не удалось. Тем дороже для моей собеседницы были те материалы, которые мне удалось собрать, запечатлеть и передать ей.

Как у Печорской земли появился свой святой

Из беседы с Верой Николаевной я выяснила, что молитвенник и заступник у многострадальной Печорской земли появился благодаря ее трудам и заботам. Ведь дочь священномученика Николая Тохтуева собирала материалы для канонизации своего отца – писала запросы в Государственный архив Пермского края. Сама Вера Николаевна объясняет все происходящее в своей жизни Промыслом Божиим.
– Я очень мало знала о папе до 1999 года, – рассказывает она. – Но мне в руки по Промыслу Божиему попала книга Виктора Королева «Простите, звезды Господни», в которой он поместил архивные документы о репрессированных Пермской земли. Так я узнала о своем папе. А Виктор Александрович, как выяснилось, родился в Перми и окончил Пермский госуниверситет, а сейчас проживает в подмосковном Фрязине. После этого я написала письмо в Пермский архив, в котором попросила выслать мне документы по моему папе. Эти материалы я передала члену Синодальной комиссии Московского Патриархата по канонизации святых игумену (ныне архимандрит. – Ред.) Дамаскину (Орловскому), и 6 октября 2005 года я узнала, что папа канонизирован.

По местам памяти священномученика Николая

Но своих трудов по восстановлению крестного пути священномученика Николая Вера Николаевна не оставила. И снова моя собеседница в связи с этими обстоятельствами вспоминает о Промысле Божием.

Отец Александр Караваев и Вера Николаевна Данилова
– Дело в том, что отец Александр Караеваев, который служит в храме святителя Николая Чудотворца в селе Кыласово Кунгурского района Пермского края, стал искать информацию о репрессированных священниках своей церкви и обратился в Пермский архив. Там он нашел мой номер телефона, позвонил и сообщил мне, что мой папа служил в храме села Кыласово с 1924 по 1925 годы. Отец Александр пригласил меня приехать, и я 10 дней провела в родных местах своего папы.

Вера Данилова у дома священномученика Николая Тохтуева в селе Бым
– Отец Александр свозил меня на родину священномученика Николая Тохтуева – это село Бым Кунгурского района, побывала я в местном храме Александра Невского, который ребенком посещал мой папа, – рассказывает Вера Николаевна. – Посетила я его дом в Быме. Сейчас здесь другие хозяева, но встретили они меня приветливо, разрешили даже войти и сфотографироваться возле печки и сказали, что к ним часто приезжают в связи с тем, что в этом доме жил святой. Встретилась я и с родными папы. Побывала на могиле своих бабушки и дедушки – родителей священномученика Николая Тохтуева.

Вера Николаевна в бывшем доме своего папы, священномученика Николая, в селе Бым
С особым трепетом моя собеседница рассказывала о поездке в Белогорский во имя святителя Николая мужской монастырь, который так любил посещать будущий российский святой Николай Тохтуев. И именно частое присутствие на монастырских службах оказали на Николая Тохтуева огромное влияние и определили его дальнейший путь. Он поступил в училище псаломщиков при Архиерейском доме в Перми. Потом был назначен псаломщиком в Свято-Троицкую церковь в селе Ашапа, а 14 мая 1922 года был рукоположен во диакона к этой церкви, в 1923 году его направили служить в Петропавловскую церковь села Уинского, а в 1924 году перевели в Николаевскую церковь в селе Кыласово. И уже здесь у диакона Николая открылся красивый и мощный бас, какого не было ни у одного из диаконов Кунгура и Перми, и 26 января 1925 года епископ Кунгурский Аркадий (Ершов) позвал его служить в Кунгурский Успенский кафедральный собор. Владыка полюбил диакона Николая за его простоту, добродушие и нестяжательность. В 1925 году в Неделю Православия диакон Николай был возведен в сан протодиакона и награжден двойным орарем – сообщается на сайте храма святителя Николая в Кыласово.

Епископ Кунгурский Аркадий (Ершов) и протодиакон Николай Тохтуев

«Связь с папой мы чувствовали постоянно»

– Вера Николаевна, и все же вы и ваши родные остались жить здесь, рядом с последним храмом, в котором служил священномученик Николай Тохтуев? – спрашиваю я.
– Да. Наша семья переехала сюда – а тогда это место называлось Болшево – в 1938 году, потому что папа был направлен служить диаконом в храм Космы и Дамиана. В семье тогда было пятеро детей. А здесь уже родились я и мой брат Леонид. Господь по молитвам папы нас не оставил. Мама работала при этом храме: в войну истопником, потом просфорней. А однажды услышала голос, исходящий от Казанской иконы Божией Матери, который возвестил ей, что Божия Матерь не оставит ее. И мы все выросли, выучились!
Кто-то из детей священномученика стал врачом, Вера Николаевна получила специальность оператора ЭВМ, а ее брат Василий был художником и даже участвовал в реставрации Троице-Сергиевой Лавры.
– Вера Николаевна, а кто-нибудь из детей унаследовал такой же красивый голос, как у вашего папы?
– Такого голоса, как у папы, – нет. У папы был особый голос – бархатный, как у Шаляпина. Его ведь даже приглашали работать в Большой театр. А мы, его дети, тем не менее пели все. Я уже с 7 лет пела в церковном хоре, – улыбается Вера Николаевна. – А потом еще 20 лет я пела на клиросе храма Космы и Дамиана, где служил папа…
Сегодня из большой семьи священномученика Николая Тохтуева осталась только его дочь Вера Николаевна Данилова. Несмотря на то, что Вера Николаевна на пенсии, она активно участвует и помогает в строительстве храма священномученика Николая Тохтуева в селе Степановском Красногорского района, недалеко от Московской городской онкологической больницы. Но после нашей встречи призналась, что появилась у нее еще одна забота – помочь возвести храм и в городском поселении Кожва. При нашем прощании Вера Николаевна просила передать слова своей поддержки и теплого участия прихожанам сурового северного прихода, просила их сугубо молиться и священномученику Николаю Тохтуеву.
– Ведь по молитвам священномученика Николая наша семья пережила тяжелые и страшные времена, – напомнила Вера Николаевна.

Наталья Прокофьева
« Замещая падших ангелов
К 9-му дню от кончины отца Димитрия Смирнова »
  • +7

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.