"Левада-центр" выяснил, сколько верующих придерживаются Великого поста

По результатам опроса, проведенного «Левада-центром», в Великий пост не постятся — то есть сохраняют «обычный режим питания» — 78% опрошенных. А ведь в 2010 и 2012 годах непостящихся было меньше — 70%. Неужели ничего не изменилось с 1998 года? Что про это думают священники и социологи.

“Соблюдаете ли вы Великий пост и в какой мере?” – результаты опроса

Будете ли вы праздновать Пасху? Если да, то будете ли вы или члены вашей семьи…

Источник – “Левада-Центр”

Надо задавать прямой вопрос: «Христианин ли вы?»

Протоиерей Алексий Уминский, настоятель храма Святой Троицы в Хохлах

Протоиерей Алексий Уминский

Результаты опроса показывают ту реальность, в которой мы живем. Единственное, мне кажется, давным-давно пора научиться тем, кто составляет опросы, задавать более-менее правильные, корректные вопросы. Так, вопрос стоит о всенощном бдении, но корректнее было спросить: «Пойдете ли вы на Пасхальную службу?» Ведь кто-то пойдет на утреннюю службу, кто-то – на службы Светлой недели – у людей бывают разные ситуации.
Когда задают вопрос, православные ли вы, давно уже очевидно, что речь идет чаще не о верующих людях, а о людях, которые причисляют себя к православным совершенно по иным критериям. В данном случае, мне кажется, надо задавать прямой вопрос: «Христианин ли вы?» Думаю, что этот вопрос очень многих людей просто поставит в тупик. Многие давно перестали чувствовать себя христианами – «что я, баптист, что ли, какой или сектант?» В том числе порой и церковные люди могут не чувствовать себя христианами.
Вопрос о праздновании Пасхи должен звучать так, что человек, отвечая на него, продемонстрирует понимание значимости для него Пасхи, Воскресения Христова. Был момент, когда казалось, что постящихся стало больше, а сейчас мы видим вот такие цифры. Здесь я ничего странного не нахожу. В какой-то момент люди стали играть в игру: а давайте попробуем быть православными. Причем совершенно не попытавшись разобраться в смыслах. Логика примерно такая, как в заявлении: «А давайте искупнемся в проруби на Крещение, это же наш прекрасный русский обычай». Вот в прошлые годы люди раз попробовали, два, а потом стало скучно. Ведь пост без внутреннего содержания, без молитвы бессмыслен и очень тягостен, ничего человеку не дает. Только если человек хочет похудеть, но это не факт, что получится – здесь надо правильную диету соблюдать.
В результатах исследования для Церкви нет ничего странного, кроме того, что это повод задуматься о том, правильно ли мы, христиане, живем, то ли мы проповедуем, и где плоды нашей жизни за 25 лет? Плоды, которые выражались бы у нас в любви друг к другу, в желании милости, милосердия, в правильных христианских реакциях на происходящее в мире. Когда утром читаешь комментаторов в священном сане, а то и в архиерейском, которые начинают говорить о том, что детишек надо было постом в храм водить, а не развлекать в кинотеатрах торгового центра «Зимняя вишня», тогда не было бы таких страшных знаков, становится понятно, каких духовных плодов мы достигли.
Возвращаясь к опросу… Пусть постятся те, кому это нужно. Пусть празднуют Пасху те, кто верит в Воскресение Христово.

Проповедовать, не оглядываясь на статистику

Протоиерей Максим Козлов, настоятель храма преподобного Серафима Саровского на Краснопресненской набережной, первый заместитель председателя Учебного комитета Русской Православной Церкви

Протоиерей Максим Козлов

В принципе, лично я не особенно доверяю статистике. Однако в результатах данного опроса ничего удивительного нет. Любой священник знает, что количество людей, пришедших освящать куличи и яйца в Великую Субботу, заметно превышает количество тех, кто будет присутствовать на богослужении не только Пасхальной ночью, но и на всех службах Светлой недели.
Не удивительно и то, что количество людей, называющих себя православными христианами в социологических опросах, значительно больше, чем количество готовых ради Бога в чем-то себя ограничить. В том числе – постом. Общество потребления, в котором мы живем, вне зависимости от стран и государств, руководствуется в отношении религии известным принципом – Богу надо давать в своей жизни места ровно столько, чтобы Он не мешал жить так, как тебе хочется. Настоящее христианство начинается, когда ты пытаешься жить не так, как хочется, а как велит Бог. В том числе и в отношении уставов поста.
Одновременно такие результаты показывают, что у нас в Церкви есть большое миссионерское поле. Потому что все эти люди, которые отмечают Пасху, ездят на кладбище, которые ходят в гости и как-то празднуют Светлое Христово Воскресенье, не всегда понимая, что это такое, – внутренне, религиозно-культурно идентифицируют себя с православием, а не с буддизмом, не с мормонами, не с коммунизмом, не еще с чем-то. Эта тенденция не переломлена, несмотря на изрядную волну всякого рода инсинуаций вокруг церковной жизни в СМИ, у разного рода блогеров.
Это свидетельствует о том, что по-прежнему, человек за человеком, душа за душой, люди входят в церковную ограду.
Не удивительно, что тех, кто серьезно относится к вере, больше среди людей старшего возраста – в силу возраста человек больше задумывается о Вечности, а не о перспективах земного существования, и, естественно, его религиозность чаще становится глубже и сознательней. В этом тоже нет ничего нового.
Мы же, независимо от опросов и так далее, должны проповедовать, заниматься миссией, катехизацией, стараться благоговейно служить, не оглядываясь на то, приносит ли это сейчас видимый количественный, социологическо-статистический результат. Мы должны это делать, желая спасения тем, кто находится вокруг нас. А вопрос вхождения души человека в личные отношения с Богом в ограде Церкви – это не вопрос статистических отчетов. Это то, что решается между Богом и человеком.

Вопросы исследования далеко не однозначны

Михаил Тарусин, социолог, политолог, руководитель отдела социальных исследований Института общественного проектирования, член Научно-экспертного совета ВЦИОМ с 2007 года

Михаил Тарусин

Сначала о технической стороне. То, что цифры прыгают, неудивительно, на то и выборка в полторы тысячи человек, как же им не прыгать. Но даже при такой численности разница настораживает – в марте 2000 года число не постящихся в Великий пост 82%, в марте 2012 года 70%, нынешний год дал 78% – что-то прыжки уж больно лихие. Это же относится и к постящимся в последнюю неделю. В 2004 году 4%, в 2017-м – 9%, сейчас всего 6%. Быстро меняются настроения наших граждан. Такая же картина по многим другим позициям. Все это говорит об одном – выборка смещается и показатели «плывут» вслед за этими смещениями. В принципе, ничего страшного, не выборы же. Но доверие данным уменьшается.
Но это не главное. Главное в том, что сами вопросы далеко не однозначны и не очень понятно, как их воспринимать. Что исследователи вкладывали в понятие «пост»? О чем они вообще спрашивали своих респондентов (людей, отвечающих на вопросы)? Если речь шла о гастрономии, то понимание поста у исследователей далеко от канонического (а именно ограничения в еде даются в пояснении к задаваемому вопросу). Вообще считается, что если человек воспринимает пост как ограничения в еде, то такой «пост» не имеет никакого отношения к самому смыслу поста, который заключается в духовном очищении человека, в молитве и искреннем покаянии.
Это же касается и вопроса о праздновании Пасхи. Тут намешано много чего – и покупка куличей, и их собственноручное печение, и походы в гости, и крашение яиц, и приготовление творожной пасхи. Которую, кстати, можно и купить, такой вариант почему-то предложен не был. Поскольку в этом вопросе можно было дать несколько ответов, обычному человеку трудно не запутаться в предлагаемых цифрах и понять, что они означают.
Некоторые предлагаемые ответы явно неполны. К примеру, многие люди, имеющие маленьких детей, не ходят на ночную всенощную, а идут в храм утром. Многие, учитывая, что праздник Пасхи длится неделю, ходят на службу в один из праздничных дней, когда народу в церкви меньше. Все эти люди не получили возможность выбрать подходящий для себя вариант ответа.
Таким образом, в предложенных данных мне лично ясно одно – вопросы эти составлял человек малосведущий в теме, скорее всего не православный. Этот социолог не удосужился ознакомиться с предметом исследования в минимально необходимом объеме.
Результат налицо.
Желаю всем Светлой и радостной Пасхи. С Богом!

Религия – скорее о количестве, а вера – о качестве

Алина Багрина, руководитель Исследовательской службы «Среда», кандидат политологических наук

Алина Багрина

Ситуация, когда данные в результатах опросов нескольких лет достаточно сильно скачут, – типична для российских опросов, особенно если вспомнить, что статистическая погрешность у нас три с половиной процента, причем она может быть как в одну, так и в другую сторону. И поэтому даже если мы можем увидеть общую тенденцию тех или иных изменений, ее надо рассматривать в общем контексте ситуации.
Если говорить о содержании, мне кажется, важно отметить, что религия – скорее о количестве, а вера – о качестве. Их не очень корректно сопоставлять, потому что одно тесно связано с другим, одно переходит в другое. Но если посмотреть наши исследования за последние годы, мы видим определенное снижение ритуальной религиозности. Наши опросы и работа над четвертым выпуском альманаха «Лодка» демонстрируют запрос людей на большую богословскую осознанность веры.
Меня гораздо сильнее тревожит ситуация, когда православное христианство оказывается модным. Более здоровой мне представляется тенденция к большей осознанности в восприятии веры, даже если при этом некоторые цифры в исследованиях могут идти вниз. Причем эта тенденция выступает не всегда очевидно и прямолинейно. Вот, например, показатель того, сколько людей ходит на Пасху на кладбище. Несмотря на скачущие погрешности, мы видим, что тенденция, скорее, уменьшается. Это, опять же, говорит в пользу того, что люди задумываются, начинают действовать не как все, а ритуально-религиозная атмосфера выходит на уровень сферы исповедания веры.
Да, согласно опросу, не так много от общего числа опрошенных, считающих себя православными, отправятся на всенощную в Пасхальную ночь. Но, во-первых, Пасха – это не флешмоб, когда все разом договариваются и куда-то идут. Во-вторых, все-таки мы очень осторожно относимся к таким опросам и смотрим другие методы наблюдения, в том числе – включенное наблюдение. Нередко мы видим нежелание людей говорить о сокровенном. Человек скорее даже скажет о своей религиозности, но не скажет о своей вере.
Ситуация меняется в том числе потому, что раньше у людей была определенная растерянность и они в поисках идентичности не находили другого, кроме как говорить: «Я – русский, а значит, я – православный». Сейчас появляются другие основания для идентичности.
Вообще для меня «магия цифр» не очень важна, потому что часто это именно магия. А вот наблюдение за какими-то явлениями, попытка понять поведение, какие-то концепции, категории осознанности запросов заставляют меня предполагать, что церковная ситуация в России сейчас достаточно здоровая. Если оперировать категориями не количества, а качества.

Чем меньше людей будет освящать куличи и красить яйца, тем скорее мы поймем, что от Христа мы очень далеки

Протоиерей Георгий Митрофанов

Протоиерей Георгий Митрофанов

Уже довольно давно, и даже не с XX, и тем более не с XXI века, а несколько раньше бытовое обрядовое благочестие исчерпало себя как основная форма религиозной жизни. Это характерно для всех развитых стран, входящих в стадию индустриального общества. Мы в этом отношении задержались, по существу коммунистический период архаизировал наше мышление.
И поэтому, когда бывшие безбожники пришли в Церковь, они воспринимали ее довольно поверхностно, и для них ценно было то, что в церковной жизни сути на самом деле не составляет. Отсюда это ощущение того, что вдруг у нас большинство населения стало православным, потому что оно красит яйца, освящает куличи, ходит иногда в храм и налагает на себя пищевые ограничения иного рода, нежели налагали на них обстоятельства советского времени.
Это была очередная массовая ролевая игра, которую многие из нас принимали за духовное возрождение. А на самом деле все эти годы, когда у нас увеличивалось число постящихся, посещающих церковную службу, существовала одна самая главная цифра, которая была зловещим знаком нашего подлинного духовного состояния – те 2-3% людей, которые причащаются.
Это главный критерий, по которому можно судить о том, что человек действительно старается быть христианином. Мы это игнорировали, хотя это объективная данность для всего цивилизованного христианского мира, но мы продолжали убеждать себя в том, что у нас большинство людей считают себя православными, более половины – крещены и больше половины так или иначе соблюдают пост, хотя в полной мере его не соблюдают даже те 2%, которые говорят, что соблюдают его полностью. Потому что соблюдать его по уставу способны лишь живущие в монастырях немногочисленные монахи, и то не все.
Между тем данные о тех, кто причащается, остаются такими же – 2-3% хотя бы раз в год. И вот эта цифра, уже многие годы остающаяся неизменной, говорит о том, что многие годы мы по-прежнему не склонны заниматься главным – подлинным обращением людей ко Христу. Формированием у них такого мировоззрения, которое позволяло бы им быть христианами не только в период поста, посещения рынков, на которых они выбирают постную пищу, а потом, после Пасхи, набрасываются на скоромную, совершенно не думая о Боге.
А где Христос? Христа нет. Главное бы объяснили, что и как нужно делать, что есть, к чему прикладываться, где можно освятиться. Этой профанации приходит конец, но мы, к сожалению, не готовы к этому и начинаем теперь ужасаться тому, как это так: число людей, посещающих пасхальное богослужение, уменьшается, количество людей, освящающих куличи, уменьшается, что же с нами происходит? Происходит отделение зерен от плевел.
Наша страна сейчас запоздало переживает то, что уже пережили в странах христианской Европы. Не нужно этого бояться, нужно думать о существе дела: чем больше мы будем говорить о Христе, а не о том, какой вид пищи и в какое время следует принимать, тем больше мы будем актуальны для тех, кто действительно ищет Бога, а не очередной ролевой игры, чтобы убить свое время.
Эти люди ведь в Церкви никогда не были, в Церкви пребывают те, кто принимает участие в Святой Евхаристии и радуется не тому, что пост наконец закончился и можно дать себе душевно-физиологический «расслабон», а тому, что Христос воскрес. Таких людей всегда было меньшинство.
Поэтому не нужно переживать и тосковать из-за того, что какие-то люди оставили Церковь – они ее не оставляли, потому что они в ней никогда и не были.
И чем меньше людей будет освящать в нашей стране куличи и красить яйца в определенные периоды времени, тем скорее к нам придет понимание, что от Христа мы очень далеки. И никакие общественно-фольклорные мероприятия нас ко Христу не приближают. Может быть, тогда и священники, и активные миряне будут по существу говорить с людьми о Христе, а не о том, как так или иначе на идейно-гастрономическом уровне создавать у себя ощущение пребывания в «святой Руси».
Источник
« Рецепт идеального пасхального кулича
Можно ли оправдать Иуду? »
  • +2

    Нравится тема? Поддержи сайт, нажми:


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.