Где правда в деле сбитого "пьяного мальчика"?

23 апреля 2017 года автомобиль Hyundai Solaris, которым управляла Ольга Алисова, сотрудница салона сотовой связи «Би-лайн», сбил шестилетнего Алешу Шимко во дворе жилого дома в микрорайоне Павлино города Балашиха в то время, когда ребенок возвращался с дедушкой домой после прогулки.
Женщина-водитель в момент происшествия разговаривала по телефону и ехала по территории двора, по ее собственным словам, со скоростью 50 км/ч (по свидетельствам очевидцев, около 70 км/ч). Согласно экспертизе, она имела техническую возможность предотвратить наезд на ребенка путем экстренного торможения, однако этого не сделала.
Ребенок скончался через несколько минут после происшествия, до прибытия реанимационной бригады скорой помощи.
В ходе вскрытия экспертиза, выполненная судебно-медицинский экспертом, заведующим Железнодорожным отделением ГУ Бюро судебно-медицинской экспертизы Михаилом Клейменовым, установила наличие в крови ребенка этилового спирта в дозе 2,7 промилле. Это крайне высокая степень алкогольного опьянения.
По словам отца Алеши, Романа Шимко, на следующий день исчезли записи с уличных камер наблюдения, где была запись случившейся трагедии – в администрации местным жителям сообщили, что по всему району произошел сбой, и камеры в сорока домах зависли на шесть дней. По словам местных жителей, исчезла и частная камера, висевшая над одним из подъездов и направленная на место происшествия.

В течение месяца Роман Шимко не мог добиться возбуждения уголовного дела по факту этого происшествия. Местные жители обращались в КПРФ, ЛДПР, к журналистам, отец ребенка обратился к руководителю «Справедливой России», но только 26 мая родителям Алеши было сообщено, что дело наконец возбуждено по статье 264 УК ч. 1 «Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека».
16 июня было возбуждено уголовное дело о халатности в отношении экспертов, проводивших посмертное исследование тела мальчика и составивших заключение об алкогольном опьянении Алеши. Повторное молекулярно-генетическое исследование крови мальчика, полученной в апреле в ходе вскрытия, было проведено в Главном управлении криминалистики Следственного комитета России и завешено 22 июня.
Экспертиза, во-первых, не опровергла и не подтвердила наличие этилового спирта и ацетальдегида в тампонах со смывами крови ребенка, взятой с сиденья машины обвиняемой, по причине летучести этих веществ, и во-вторых, утвердительно ответила на вопрос о принадлежности образцов крови мальчику. То есть эксперты не сказали ни да, ни нет, но возможность подмены пробирок с кровью исключили.
СМИ написали о том, что муж Ольги Алисовой – «криминальный авторитет» и находится в местах лишения свободы. По словам адвоката обвиняемой Натальи Уракиной, он действительно находится в заключении, но «авторитетом» не является.
Имя Михаила Клейменова, судмедэксперта города Железнодорожный, установившего высокую степень алкогольного опьянения у погибшего шестилетнего мальчика, сегодня упоминается также в связи и с другими скандальными делами. СМИ утверждают, что результаты проведенных им других экспертиз позволили смягчить меру наказания для обвиняемых.
На сегодняшний день расследование завершено, материалы переданы в суд.

Снимки материалов экспертизы – фейк

Сталина Гуревич, член Общественного совета при Уполномоченной по правам ребенка, прокомментировала появившиеся в СМИ снимки экспертизы тампонов со смывами крови с заднего сиденья машины обвиняемой. Экспертизу провели 22 июня, в заключении подтверждается, что кровь принадлежит погибшему мальчику. При этом сказано, что определить наличие в крови спирта и ацетальдегида невозможно, так как они являются летучими веществами и не могли сохраниться в высохшей крови, даже если бы исходно содержались в ней.
— Снимки материалов экспертизы, проведенной 17-22 июня в Главном управлении криминалистики я расцениваю как фейк, поскольку то, что представлено на фотографиях, противоречит Федеральному закону о судебной экспертизе. Есть определенный порядок составления экспертного заключения, там обязательно должен быть полный анализ произведенных действий, перечисление вопросов и так далее.
На снимках же описывают объекты и сразу же, без исследования и ссылок на нормативные документы, пишут, что «установить наличие этилового спирта и ацетальдегида не представляется возможным из-за их летучести» – такого не может быть, потому что не может быть никогда, слово «заключение» в экспертизах не пишется, пишутся «выводы».

Спросите любого эксперта, и каждый скажет, что это бред. Это настолько сделано «на коленке», что не поддается комментированию. Согласно этому же документу, он был составлен светилами, и предполагать, что они не знакомы с тем, как он пишется, мне кажется, странно. По моему 18-летнему опыту изучения материалов уголовных дел, я считаю, что эти листы никакого отношения к экспертизам не имеют, они составлены лицом, весьма приблизительно представляющим себе, как составляются такие документы.

Кроме того, эти «документы» появились в сети 23 июня, а согласно этим же материалам, экспертиза проводилась с 17 июня до 17 часов 22 июня. Я не очень понимаю, как могли «слить» за несколько часов результаты экспертизы, которая еще не готова и даже, скорее всего, не подписана руководителем – результаты и к следователю не сразу поступают, и потерпевшая сторона с ними знакомится не сразу, то есть ни у кого результатов еще нет, а у журналистов Телеграм-канала Mash они уже есть.
В этом деле много странностей и противоречий: с одной стороны, Бастрыкин заявляет, что дело забрал Следственный комитет, с другой стороны, экспертизы проводит ГУВД Московской области. Адвокат обвиняемой заявляет, что его уведомляли об окончании расследования в ГУВД Московской области – тогда вопрос: почему Бастрыкин заявляет, что забрал дело к себе?
Далее, в СМИ пишут, что эксперт не проводил экспертизу, которую он подписал. Это говорят люди, которые не знают специфики. Эксперт, который проводит вскрытие, сам не делает исследований крови – кровь исследует лаборант. Когда вы приходите в поликлинику сдавать кровь, ее у вас берет медсестра, но сама она ее не анализирует – она отправляет ее в лабораторию. Патологоанатом берет образцы и направляет их в лабораторию, а полученные результаты вписывает в экспертизу. Другой вопрос, что при получении этих непонятных результатов он обязан перепроверить и написать, например, «несмотря на то, что обнаружен этиловый спирт в крови, следов пребывания алкоголя в организме не выявлено».
Сейчас есть версия, что ребенку в район почки сразу после аварии вкололи алкоголь. Если ребенку вкололи алкоголь и он практически сразу скончался, там должен быть след от инъекции, и эксперт это должен был заметить. Но пока я не увижу реальное заключение, комментировать это не могу. Достоверных фактов на сегодняшний день пока только четыре: первое – было ДТП, второе – ребенок погиб, третье – в крови ребенка обнаружен алкоголь и четвертое – дело долго не возбуждали (но это опять же со слов родителей, я не могу сопоставить даты). Вся остальная информация противоречивая, непонятная и иногда откровенно бредовая.
Алкоголизация (введение алкоголя потерпевшим с целью снижения степени вины другой стороны – прим. ред.) – это очень сложно: для этого тем, кто в этом заинтересован, надо понять заранее, кто будет проводить вскрытие и в какой лаборатории будут делать анализы, поэтому это, скорее, из области фантастики. Кроме того, алкоголь в крови не появляется с потолка – в организме должны сохраняться следы алкоголя, в остатках пищи в желудке и так далее, он не может быть только в крови. Сегодня нам неизвестно, было ли произведено исследование других органов – стенок гортани, содержимого желудка, слизистой пищевода и прочее.
Но с точки зрения наказания обвиняемой не имеет никакого значения, был ребенок пьян или нет – ведь, по показаниям свидетелей, он не свалился пьяный под колеса ее машины.Обвиняемая двигалась с превышением установленной скорости минимум на 30 км/ч по внутридворовой территории с использованием телефона без устройства hands free и в результате собственной невнимательности совершила наезд на пешехода, имея техническую возможность это предотвратить. И степень ее вины не зависит от того, пил ребенок или нет. Смягчающим обстоятельством может быть тот факт, что потерпевший сам создал аварийную ситуацию – перебегал дорогу в неположенном месте, упал под колеса, но в данном случае по показаниям свидетелей этого не было.

Профессионалы не имели права ставить точку в заключении


Ольга Демичева, врач-эндокринолог, специалист по паллиативной медицине, один из создателей Центра паллиативной медицины, гражданский активист, считает, что это громкое дело требует особого внимания представителей медицинского сообщества.
-Документы, которые мы обсуждаем, демонстрировались по ряду федеральных телевизионных каналов одновременно с интервью отца погибшего мальчика, и он, глядя в камеру, комментировал их и сообщал, что они были ему предоставлены в качестве заключения судебно-медицинской экспертизы по патологоанатомическому исследованию тела его сына. По опубликованным фрагментам заключения эксперта, которые я видела, могу сказать, что они не отличаются от судебно-медицинских протоколов, с которыми мне доводилось работать по другим случаям.
Что меня профессионально настораживает в этих бумагах – разумеется, если они подлинные? Будучи невольно вовлеченной, как и большая часть населения страны, в обсуждение ситуации с погибшим ребенком, я могу соотнести следующие факты.
Свидетели, которые пишут в сети и выступали на Первом федеральном канале, жители дома, в котором проживал Алеша Шимко, говорят одно и то же: это ребенок из благополучной семьи, они его видели на прогулке непосредственно перед его гибелью, и он вел себя обычным образом: играл во дворе, катался на велосипеде и занимался тем, чем дети обычно занимаются на прогулке. И в момент возвращения с прогулки, по словам свидетелей, когда они вдвоем с дедушкой шли к подъезду, он бежал вприпрыжку неподалеку от дедушки, и это опять же поведение обычного здорового ребенка его возраста.
В протоколе экспертизы, который демонстрирует папа ребенка на федеральных каналах и который выложен в сети, указано, что содержание спирта в крови ребенка составляет 2,7 промилле, и эта цифра – я говорю как врач – соответствует тяжелому алкогольному опьянению.Для ребенка это алкогольное отравление, потому что реакция детей на алкоголь отличается от реакции взрослых: для них такой уровень алкоголя в крови токсичен (у детей меньше, чем у взрослых фермента алкогольдегидрогиназы, который ответственен за трансформацию алкоголя в организме). Поэтому алкоголь в такой концентрации вызвал бы у ребенка реакцию интоксикации с быстрым торможением центральной нервной системы, и в течение нескольких минут у ребенка разовьется кома.
Обычное поведение, которое описывают свидетели последней прогулки Алеши, при таком количестве алкоголя в крови невозможно. Эти два факта абсолютно не сопоставимы – поведение ребенка перед наездом машины и зафиксированная экспертом концентрация алкоголя в его крови, даже если абстрагироваться от того, что это шестилетний мальчик из благополучной семьи, которая его любила, правильно растила его и данных об асоциальности этой семьи нет.

Несоответствие состояния ребенка в момент гибели якобы прижизненному попаданию алкоголя в организм вызывает у меня профессиональное чувство протеста. Это несоответствие настолько яркое, что эксперт, который перепроверил пробу, один раз увидев высокое содержание алкоголя, как положено по протоколу, и снова получил высокое содержание, не имел права после этого, как он пишет в своем блоге, «спокойно поставить точку».
Эксперт не являлся свидетелем прогулки во дворе, но в своем заключении он пишет, что ребенок находился в вертикальном положении в момент столкновения с ним транспорта. Если ребенок стоял на ногах при количестве алкоголя в его крови 2,7 промилле, это должно было вызывать у эксперта, мягко говоря, недоумение.
Когда алкоголь прижизненно попадает в кровь, он обычно попадает туда через рот. Эксперт не описывает специфический запах алкоголя от трупа и органов, не описывает наличие алкоголя в желудке, не описывает повреждение слизистых оболочек рта, пищевода, желудка. Ничего подобного не описано, и сопоставить состояние слизистых оболочек с уровнем алкоголя в крови эксперт почему-то не счел нужным.
Более того: когда алкоголь попадает в кровь прижизненно, помимо того что он накапливается в печени, он попадает с кровотоком в мышцы, почки, надпочечники. Существуют формулы, позволяющие рассчитать по концентрации в мышечной ткани истинное количество принятого при жизни алкоголя. Эти формулы тоже не были использованы. Эксперт не описывает изменения органов и тканей, характерное для алкогольной интоксикации, но при этом выносит в патологоанатомическое заключение диагноз алкогольного опьянения тяжелой степени на момент смерти. По моему глубокому убеждению, несоответствие надо искать в действиях судмедэкспертов, которые поставили свои подписи под протоколом, предоставленном родителям ребенка.
Я хочу понять: как могли профессионалы, столкнувшиеся с таким абсурдным результатом исследования, спокойно поставить точку в заключении? Я хочу понять и опровергнуть этот абсурд – не только потому, что это удар по родителям и близким мальчика, не только потому, что мне как профессионалу хочется знать, как оказался алкоголь в крови погибшего ребенка, не имевшего видимых признаков алкогольного опьянения и почему никого из экспертов не озадачило это противоречие. Где профессиональный подход к полученным результатам и дальнейшие действия для уточнения?
Я хочу узнать истину, потому что в процессе изучения этого конкретного дела столкнулась с тем, что, оказывается, имеется немало дел и прецедентов, где родственники пострадавших людей обнаруживают в заключениях судебных медицинских экспертов данные о том, что их близкий человек в момент гибели (по разным причинам) находился в состоянии алкогольного опьянения; они это оспаривают и ничего не могут доказать. В некоторых случаях эти экспертизы влияют на решение суда.
У меня есть предположение, что существует методика компрометирования погибших, чтобы решение суда было иным, чем оно было бы, не будь погибший в состоянии опьянения. Это лишь мое предположение, но то, что я наблюдаю в истории с Алешей Шимко, заставляет меня его высказывать. А поскольку оно есть не только у меня, я считаю, что в этой истории все точки над «I» должны быть расставлены.
Многие говорят сегодня о том, что совершенно неважно, был ребенок пьян или нет. Во-первых, это важно для его близких. Во-вторых, это важно для всех нас, потому что существует еще такая штука, как общественное мнение, общественное осуждение и поддержка.
И, наконец, третье. Как мы сейчас понимаем, наличие или отсутствие алкоголя в организме ребенка не влияет на решение суда. Но если, как я предполагаю, алкоголь был введен в первые часы после смерти, когда еще работает ферментная система печени, тот, кто это сделал, не имел ни малейшего представления о том, повлияет или нет на решение суда наличие алкоголя в крови ребенка. Это могло быть превентивной мерой.
Меня настораживает возможная заинтересованность судмедэксперта в том написании экспертизы, которое мы наблюдаем. Если эксперт независим, профессионален и кристально честен, как он сам утверждает, почему этот профессионал ни слова не говорит о признаках алкогольного повреждения в сохраненных кусочках внутренних органов и тканей для гистохимического исследования, и почему он, дважды перепроверив и получив алкоголь, «спокойно поставил точку» (цитирую)?
И я все свои вопросы адресую этому человеку, который говорит, что он все сделал правильно и точно и ни на шаг не отступил от протокола. Он на самом деле вовсе не профессионал или ему зачем-то нужно было это несоответствие? Я бы хотела предложить медицинскому сообществу написать открытое письмо, требующее дальнейшего расследования на уровне Российского Центра судебно-медицинской экспертизы, чтобы оценить, исходя из имеющихся фактов, правомочность заключения о том, что Алеша Шимко на момент гибели находился в состоянии тяжелого алкогольного опьянения.
Алкогольное опьянение с содержанием этилового спирта в крови 2,7 промилле у взрослых людей характеризуется ступором и сильной апатией, вялостью и, если организм ослаблен, параличом. Выпивший не может стоять на ногах, его рвет, он лежит, не контролирует позывы к мочеиспусканию, возможен летальный исход. Это последняя стадия перед комой, наступающей при 3 промилле (грамм на литр) алкоголя в крови.
Источник
« С чего начинается путь унижений
Не пишите письма Николаю Чудотворцу »
  • +4

    Нравится тема? Поддержи сайт, нажми:


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
… царь батюшка может и виноват, что мало сажает, но сами граждане законопослушные и не очень, тоже не проявляют нетерпимость к взятке, обману, клевете всё это пока подобное не коснётся лично их.
  • Поделиться комментарием
+2
Судя по всему, Судя по информации которая витает со всех сторон обществе, дедушка нес на руках пьяного ребенка, а проезжавшая мимо машина выхватила малыша и засунула себе под колеса. но к сожалению, не успела удрать, вероятно ребёнок зацепил ее и утормозил. Что творится в современном мире?
кажется, давно известно, что если Стрелочник переводит железнодорожную стрелку не в ту сторону куда следует и в результате происходит железнодорожная катастрофа..., то если он сделал это умышленно, то он является врагом народа. Тоже самое относится и ко всем прочим профессионалам. теперь возникает дух Сталина Иосифа Виссарионовича.
  • Поделиться комментарием
+4
Да что тут думать, судмедэксперт был подкуплен поэтому и такое заключение. Не может ребенок с такой суммой промилль играть и прыгать. Судить надо эксперта и виновницу. У них ничего святого. Этот малыш столько дел не успел сделать в своей жизни. Соболезнование родителям. Держитесь.
  • Поделиться комментарием
0
Я (мне 52) стоял зимой на бровке на перекрёстке, собирался переходить, пропускал поворачивающую машину. Водитель лебало повернул в другую сторону и сбил меня боком машины. Получил: прелом надрёберной дуги от бокового зеркала и травмировались колени от молдинга на дверях (сбились чашечки — бурсит). Эксперт по снимкам написала, что травмы у меня с детства… А Судейка за 2 года не провела ни одного судебного заседания, только пообщалась, и не пустила свидетелей. Потом закрыла дело по истечении срока.
+1
Ребёнок выпил больше чем поллитра водки зараз! У нас в РБ на моих глазах аналогично эксперты пишут, в лучшем случае, что скажет следствие. Вот вами свист президентский о «независимости» экспертов. «Путин — сильный президент, навёл плрядок!!!!!!!»
0
Ну что вы, это же всё плакатная мазня, для молодёжи из средне-обеспеченных семей, и «потерявшихся»в реалиях«электоратов»,
заметьте, даже не народа или населения страны, а «электората»!
Возьмите за аналог шахматы, когда это на доске в одиночку, король был силён? короля делает свита!
Для чего делаются подобные«информационные вбросы» понятно, возмутить общество, дабы оно хоть как то повлияло на творящийся произвол! Но хоть где нибудь написали хоть раз, что злодеи понесли заслуженную кару?!.. Можно бесконечно возмущаться, нужен результат, и моментальное реагирование на подобное!
+1
Спасибо! Я и говорю, что нас просто уничтожают
+2
Устаньте наконец то писать о том что не подлежит здравому смыслу в принципе! Общество в курсе этого маразма, уже давно должны быть подключены структуры, способные повлиять на это дело, влиятельные общественные организации, РПЦ, администрация президента в конце концов! Во имя здравого смысла, веры в справедливость, и наконец в авторитет власти, который уже давно очень не высок!
  • Поделиться комментарием
0
РПЦ всем и рулит, она и медвепутиков п резидентов инногурирует, она и рояль завозила, и жвачку и п резервативы…
+1
Эта власть нас просто уничтожает